Бэкмология – это практика всесторонней комплексной поддержки рационального поведения. В ее состав входят модели, свод знаний, сбалансированный инструментарий поддержки принятия и реализации решений и объединяющая их методология.

Бэкмология включает пособие «Создание решений для деловых проблем», которое описывает строгий, детализированный и очень человечный процесс решения неструктурированных деловых проблем, и пособие «Защита собственной психики» – полное руководство по приемам психологического воздействия (атака, давление, манипуляция, обман, блеф, зомбирование и др.) и техникам эффективной защиты от него. Также Бэкмология представлена методиками рациоконтроллинга и психоконтроллинга.


Те, у кого есть свой бизнес, могут начать знакомство с Бэкмологией с сессии «Улучшение продаж». Это честная профессиональная работа, ориентированная на результат.


понедельник, 23 января 2017 г.

Каков пастух, таково и стадо



Воспроизведение знания является рациональным процессом. Это означает, что тот, кто приготавливает знание для усвоения, и тот, кто усваивает его, уже изначально должны обладать разумными (рациональными) способностями, в более слабом случае – быть биологически (генетически) предрасположенными к этому. На это обращает внимание Э. Гуссерль, допуская существование «трансцендентального субъекта» – Эго.

Люди с ограниченными умственными способностями (олигофрены) не в состоянии приготавливать знание к усвоению и усваивать его в таком объеме, в котором это требует воспроизводство общества.

Итак, если коммуникацию понимать как условие получения, передачи и усвоения знания, то отдельного человека можно уподобить одной клетке огромного Сверхиндивида, передача информации которому вменяется по самому его существу.

Передавать знание от «донора» к «реципиенту» становится тем необходимее, чем мощнее, с точки зрения роста числа реципиентов, становится сам Сверхиндивид. Говоря проще – чем меньше число людей нуждается в передаваемой информации, тем ниже необходимость её передачи и тем меньше требуемая скорость её передачи. Поясним, если, например, во II в.д.э. было необходимо передать сообщение (письмо), допустим, из сицилийских Сиракуз в египетскую Александрию, то в нём не имело смысла сообщать о том, что на Сиракузы с северо-запада надвигается ураган, который дойдет до Александрии через день. Письмо бы всё равно двигалось со скоростью «попутного ветра» и было обращено только к одному адресату. Предупреждать об урагане одного реципиента было не необходимо и, одновременно, бессмысленно, в силу указанных причин.

Сверхиндивид тогда ещё не был сочленён, оставаясь в «разобранном» состоянии – в виде отдельных географических, национальных и государственных фрагментов.

Современное состояние Сверхиндивида затребует мобилизационную готовность каждого фрагмента – а в обозримом будущем, и каждой клетки – стать по первому его требованию получателем и репродуктором информации.

Однако передача информации требует, чтобы передаваемая репродуктором информация была тождественна информации, представленной до этого в его собственное распоряжение. Понятно, что в силу биологических, психологических и других особенностей, человеку это сделать крайне трудно, а с учётом последних достижений в области компактификации и архивирования информации, физически невозможно. Очевидно, что выход просматривается только в области «машинизации» человеческих возможностей. Однако каким бы ни был этот процесс, связанный с передачей информации, он не должен заслонять ещё одно свойство этой передачи, которое в большинстве случаев выпадает из поля зрения исследователей.

Этим другим свойством рациональной составляющей коммуникативной процедуры передачи информации является выработка в человеческом индивиде «чистоты поверхности канала проводящего информацию». В действительности, это означает, что коммуникативные сообщества (шире – вся так называемая «коммуникативная практика») – различные «видеомосты», «ток-шоу», «дебаты», «общественные обсуждения», «круглые столы», «дискуссии» ит.д. и т.п. – представляют собой не что иное, как естественные коммуникативные тренажеры по приведению каждого участвующего в них индивида к стандартному виду: индивид должен обеспечить выполнение названного требования – стать «чистым каналом проводящим информацию». Фактически это значит, что каждый индивид – в пределе – должен предоставить всего себя в полное распоряжение «коммуникативному сообществу» в качестве «тождественно передающей ячейки». Чем меньше в таком индивиде будет собственно индивидуального, тем большие гарантии он обеспечивает коммуникативному сообществу в том, что информация поступившая «в него» не подвергнется каким-либо изменениям.

Таким образом, в современном обществе, которое некоторыми специалистами называется «глобальным», коммуникация оказывается не просто необходимым условием передачи информации, каковой она была и в «доглобальном обществе», но также инструментом выработки в человеческом индивиде способности «чистой ретрансляции информационных потоков». В таком случае – какую же роль играет рациональная компонента в передаче информации? Как мы только что показали, рационализация передачи информации предполагает стандартизацию любого проводящего её индивида. Однако мы знаем, что рациональная деятельность имеет дело преимущественно с общими понятиями и универсальными процессами. Это, так сказать, область «всеобщего» – отсюда же и латинский термин totalis, означающий «весь, целиком, всеобщий».

В этом случае получается, что сообщество людей оказывается замкнутым и ограниченным требованиями стандартизации, наподобие закрытого полигона, в котором функцию «проволоки с высоким напряжением» выполняют сами стандарты, задаваемые руководством этого полигона. Перед нами возникает феномен «информационно-коммуникативного лагеря», в котором коммуникативная передача информации вменяется индивидам в качестве необходимого требования к их существованию. Развитие событий по такому сценарию неминуемо ведёт к иерархизации коммуницирующих индивидов, одни из которых оказываются во главе, определяя содержание самой информации и способы её передачи –назовём их «пастухами коммуникации», а другие оказываются в положении тех, кто вынужден следовать предписаниям (нормам и регламентам) пастухов коммуникации, назовем их «коммуникативным сообществом (коммуникативным стадом)», деятельность которого строго регламентирована коммуникативными стандартами. (Здесь читателя не должно смущать использование подобной терминологии. Мы воспользовались уже существующими в европейской культуре на протяжении полутора тысяч лет религиозными терминами, употреблявшимися всякий раз, когда речь заходила о религиозной общине: «стадо христово» и «пастухи стада христова». Мы лишь придали им светский, секуляризованный смысл.)

Абсолютное большинство участвующих в этом процессе индивидов даже не будет подозревать о том, что их «рациональная деятельность» полностью подконтрольна и определяется извне. Любая индивидуальная свобода будет подавляться – и уже подавляется – информационно с помощью «информационно-коммуникативных технологий». Назовём их «per vim-технологиями», от латинского per vim – «насильно, с принуждением», или, для удобства опустив предлог – «Vim-технологиями».

В качестве показательного примера применения Vim-технологии в отношении «глобального коммуникативного сообщества», который, несомненно, войдет в учебники по «созданию информационно-коммуникативного пространства с заранее заданными свойствами», можно привести коммуникативный обмен информационными сообщениями во всех без исключения мировых средствах массовой информации о событии в Южной Осетии в августе 2008 г., когда все мировые телеканалы демонстрировали бомбардировку Цхинвала грузинской армией с помощью реактивных снарядов, а информатор за кадром сообщал, что российские войска совершают оккупацию Грузии. Коммуникативное сознание, воспринимающее подобную информацию – насильно (per vim) принуждалось к восприятию строго определенного стандарта получаемой информации, определяемого пастухами коммуникации.

В чём причина? Причина в том, что коммуникация, имеет в качестве главной основы – рациональную деятельность, которая чувственно не воспринимаема и, следовательно, зрительно невидима для абсолютного большинства коммуницирующих индивидов, живущих в мире обыденных – опирающихся на чувственные данные и повседневный опыт – представлений. Рациональные процедуры большинства коммуницирующих индивидов находятся в естественном состоянии, когда «мышление» и всё с ним связанное воспринимается просто как естественная способность, без всякой рефлексии над ней. Это исчерпывающе объясняет причину такой высокой востребованности «коммуникативных практик» современными демократическими режимами. Коммуникативные Vim-технологии, обслуживающие эти демократические режимы, гарантируют их держателям – пастухам коммуникативного сообщества – выработку в человеческом индивиде чистоты поверхности канала проводящего информацию.

Очевидно, что описанный только что сценарий является ничем иным, как «коммуникативным тоталитаризмом». А поскольку в общественном сознании современного поколения выработан предрассудок, согласно которому тоталитаризм связан только с «внешним физическим принуждением», постольку в «информационно-коммуникативном лагере» – опирающемся на внешнее физическим средствам рациональное принуждение – никто не увидит для себя угрозы.

Создатели информационно-коммуникативного лагеря, обычно рисуют в сознании «рядовой коммуникативной ячейки» визуальные картины прошлых отживших форм Vim-технологии: изображения концентрационных лагерей (В России – ГУЛАГа), камеры пыток, тела повешенных и расстрелянных, залитые кровью и слезами письма испытуемых и т.д. и т.п. Главная цель демонстрации этих «визуальных рядов» – сформировать в коммуникативном сообществе устойчивое убеждение: утрата свободы индивидом связана с физическим и только физическим принуждением.


Тоталитаризм сегодня меняет свое обличив, усиленно воспроизводя в сознании «коммуникативного сообщества» картинки и шаблоны своей отжившей формы – тоталитаризма, опиравшегося на формы физического принуждения. Для чего это необходимо? Это необходимо для того, чтобы новая форма тоталитаризма пришла к безраздельному господству с минимальными для неё потерями, но главное – с условием необратимости к дототалитарному состоянию. Чтобы гарантировано достичь этой цели – «коммуникативному сообществу» предлагается, буквально, «попинать дохлую собаку» – отжившие формы тоталитаризма, в которых господствовали физические (воспринимаемые чувственно) формы принуждения. Как только весь периметр «информационно-коммуникативного лагеря» будет охвачен жестко контролируемым информационным ограждением, всем коммуницирующим индивидам будет объявлено, что человечество достигло наивысшей точки своего развития, зафиксировав это «достижение» в каком-нибудь очередном фальшивом лозунге, вроде «Коммуникативное участие каждого – залог благополучия всего человечества!». По прогнозам это может произойти уже в обозримом будущем – к 2070 г.